1910-1913. Кременчуг. Железнодорожное училище. Часть 1

Это лето уже не было таким беззаботным, как предыдущие. С одной стороны возникли заботы — куда направит мои стопы после Крюковского училища, с другой — проявились некоторые признаки юношеской серьезности.

Первоначально мама имела желание определить меня в Полтавское Землемерное училище, пользовавшееся хорошей репутацией. Так как при поступлении в это учебное учреждение были конкурсные экзамены, а желающих было много, то требовалась хорошая подготовка. На доверяя моим знаниям, мама наняла мне репетитора, с которым я занимался всё лето.

Экзамены в Полтаве предстояли во 2-ой половине августа. Так как особой уверенности в успехе не было, то имелось ввиду и Техническое училище в Кременчуге, где конкурс также был велик, но шансов на поступление, как сыну железнодорожника, было больше; кроме того здесь было кому и помочь мне.

Случилось  в Кременчуге назначены были раньше, поэтому документы мои из Полтавы  были взяты и я выдержал экзамен в Техническое училище. Таким образом Землемерное училище отпало, о чем я никогда не жалел.

***

%d0%ba%d1%82%d1%83

С 1-го сентября 1910 года я стал воспитанником Кременчугского Технического ж.д. училища. Доволен был я, довольны и родители. Правда, получение высшего образования после окончания технического училища было мало вероятным, но меня это не печалило. Техническое училище вырисовывало впереди довольно ясную жизненную перспективу, вооружало специальными знаниями, применению которых в то время уже были широкие просторы. Россия вступила на путь прогресса, требовались специалисты, которых было явно недостаточно. Технических ж.д. училищ в России тогда было около тридцати; эти учебные заведения хорошо себя зарекомендовали и несмотря на узкую подготовку, оканчивавшие училища, как это ни странно, в те годы стремились работать где угодно, лишь бы не на эксплуатируемых ж. дорогах. Получалось так, что государство готовило техников для жел. дор. службы, а питомцы фактически (и в большинстве!) работали в других ведомствах. Наших техников можно было встретить во всех уголках России. Работали на изысканиях и постройках жел. дорог, шоссейных дорог, мелиоративных стройках в Средней Азии, в земствах. Причиной этого были более высокие оклады, чем в эксплуатац. условиях на ж.д.

Училище пришлось мне по вкусу. Обстановка здесь была полувоенная, во всем подтянутость, да и форма наша была военная, только без погон. Основание нашего училища относится к 1878 году. Первый выпуск состоялся в 1881 году. Мой выпуск был 33-ий. До 1904 года училище было однокомплексным и выпускало ежегодно, примерно, 25 человек. После были развернуты параллельные классы и выпуск почти удвоился. Наш выпуск (33-й) был рекордным: закончило нас 53 человека. Программа этого учебного заведения была несколько странная. На протяжении 3-х лет изучали различные отрасли железнодорожной службы (путь, тяга, движение, связь, гражданское строительство); пытались дать нам, как будто, широкий профиль знаний, готовили каких то универсалов, а по окончании училища получилось, что мы ни одной из изучаемых специальностей не знали в совершенстве.

Всего было понемногу и ничего основательного. Правда, в нашем училище делался упор на изучение паровоза, но по этой специальности среди выпускников были только единицы, при чем эти ребята были самые отсталые. Нелепость учебной программы была очевидна, но для её изменения потребовался 1917 год. Общеобразовательных предметов в училище не изучали. Считали, что достаточно знаний, полученных в начальных 2-х классных училищах с 5-ти годичным сроком обучения. Таких было подавляющее большинство. Лучшую общеобразовательную подготовку и грамотность имели окончившие городские 4-х классные училища. В тоже время загрузка была очень велика. Учебный день начинался в 8 часов утра. Этому предшествовала общая молитва. Училище по классам выстраивалось в учебной комнате общежития. Тут же присутствовали инспектор училища и надзиратели. Дежурный по училищу (воспитанник), стоя у дверей учебной комнаты, следил за подходом Начальника училища и когда последний, проходя училищную церковь, вступал в смежный с учебной комнатой коридор, раздавалась команда «Смирно!» «Равнение на право!» Всё замирало, при этом головы в повороте на право. Начальник училища молча проходил со стороны правых флангов выстроенных классов, останавливался впереди строя перед большой иконой и вслед за этим один из учеников запевал «до-ми-до». Начиналось чтение молитв, исполняемое всеми 150-ю воспитанниками. Пели: «Отче наш» и «Спаси, Господи, люди Твоя». По окончании пения Нач. училища поворачивался к строю и в мертвой тишине тихо произносил: «Здравствуйте, господа!» 150 голосов дружно и раздельно отвечали: «Здравия желаем, Ваше высокородие.» Затем Нач. училища принимал рапорт от дежурного воспитанника по училищу, здоровался за руку с Инспектором и надзирателями. После этого он обычно уходил, следуя вдоль

—————-тетрадь 10——————

правых флангов, стоящих неподвижно в положении «Смирно» классов. Команду «на ле..во!» «По классам и мастерским шагом!».. подавал уже дежурный офицер-надзиратель. Училище поворачивалось налево и по команде дежурных по классам уходило из учебной комнаты. Иногда после утренней молитвы инспектор делал объявления, зачитывал приказы по училищу. В этой суровой, но полезной дисциплине не было никакой натянутости, каких либо отдельных проявлений расхлябанности. так прививалось уважение к старшим, уважение к порядку.

—***—

После молитвы основные классы (или параллельные) отправлялись в учебные мастерские, а параллельные в классы. Первый класс на протяжении всего учебного года изучал столярное ремесло и токарное дело по дереву. Несмотря на то, что столярная мастерская имела прекрасное оборудование (каждому отдельный верстак и полный набор инструментов), учебная программа не блистала своей продуманностью. Выпиливали из досок брусочки, строгали их до одурения с последующей строжайшей проверкой по линейке и угольнику. Позже практиковались делать сопряжения элементов дверных полотен и оконных переплетов, при этом изготавливались только «узлы» и никогда ни одной двери, ни одного окна.  При жтом всё это вручную, без малейшей механизации; даже токарные станки приводились в движение ногами, несмотря на наличие в учебных мастерских собственной силовой установки. Когда мне пришлось через 40 лет быть в Ростове начальником стройдвора крупного строительного управления где не только работало несколько десятков столяров, но проходили производственную практику и ученики ФЗО, я часто вспоминал «столярку» технического училища и наивность тех методов производственного обучения. Странным показалось бы обучение ученикам ФЗО без маятниковых и циркульных пил, без строгальных, рейсмусных, долбельных и фрезерных станков. Если ребята в ФЗО быстро осваивают заготовку деталей на станках, а затем сборку, то мы в своей мастерской законченных столярных изделий не производили. За всё время обучения я сделал контрабандным путем для себя лично только вешалку на 3 или 4 колышка.

В тоже время производственному обучению выделялось четыре дня в неделю чуть ли не по четыре часа.

В таком же стиле, примерно, проходили обучение в слесарных мастерских в период нахождения в 2 и 3 классах. Станки токарные, строгальный и сверлильный, впрочем, были приводные от общей трансмиссии. В слесарных мастерских нас обучали первичной обработке металлов вручную и на станках. Делали болты, гайки, кронциркули, тиски слесарные и некоторые детали для паровозов и вагонов. Слесарную мастерскую я не любил и выполнял здесь, по существу, скучную повинность. Следует заметить, что в мастерских никакой спецодежды не разрешалось и требовалось быть одетым строго по форме, поэтому каждый из нас в течение дня пользовался двумя костюмами: одним для мастерских, другим для классных занятий.

Слесари и токари по металлу из нас выходили такие же недоученные, как и столяры.

В 1956 году, спустя 43 года после окончания училища, мне пришлось быть в Кременчуге и я, конечно, заглянул в наше училище, называемое теперь техникумом. Меня приятно поразило и обрадовало, что четыре десятка лет мало внесло изменений во внутреннем расположении училища, многое так живо сохранилось. Но меня крайне удивило, когда в слесарной учебной я увидел те же токарные станки, на которых мы когда то обучались. Этим станкам место давным-давно уже в музее, но не в учебных мастерских, где подготавливаются специалисты — командиры современной техники. Их этого я сделал вывод, что практическое обучение и в современном техникуме хромает. Неужели нельзя оснастить техникум современными прекрасными станками?

Реклама

Об авторе Сергей Манн

автор и хранитель http://www.korsets.ru
Запись опубликована в рубрике 1910, 1911, 1912, 1913, Без рубрики, Кременчуг, главная с метками , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s